Все последние события из жизни вулканологов, сейсмологов
Японцев, Американцев и прочих несчастных, которым повезло родиться, жить
и умереть в зоне сейсмической активности

Стихия

Землетрясение, Извержения вулканов, Ледяной дождь, Лесные пожары, Ливни, Наводнения, Огненный смерч, Паводок, Смерчи (Торнадо), Тайфуны, Тектонический разлом, Ураганы, Цунами, град, ледоход

Вулканы

Безымянный, Богослов, Везувий, Вениаминова, Иджен, Йеллоустоун, Кальбуко, Кампи Флегрей, Карымский, Катла, Килауэа, Мутновский, Невадо-дель-Руис, Ньирагонго, Питон-де-ла-Фурнез, Турриальба, Фуэго, Хурикес, Эйяфьятлайокудль, Этна

Тайфуны

Тайфун Нору

Наводнения

Наводнение в Приморье

Районы вулканической активности

Вулканы Камчатки, Вулканы Мексики, Курилы

Грязевые вулканы и гейзеры

Локбатан

Природа

Вулканы, Изменение климата, Красота природы

Наука

Археология, Вулканология

Наша планета

Живая природа, Спасение животных

Ураганы

Тайфун Мэттью, Ураган Ирма, Ураган Харви, ураган Мария

Районы сейсмической активности

Землетрясение в Италии, Землетрясение в Китае, Землетрясение в Турции

Солнечная система

Венера, Марс, Меркурий, Планета Земля, Плутон, Сатурн, Юпитер

Космос

экзопланеты

Астрономические события

Лунное затмение, Метеориты, Противостояние Марса, Суперлуние

Антропогенные факторы

Климатическое оружие

Землетрясения

Прогноз землетрясений

2018-11-05 10:15

«Узники» Марса: 50 лет уникальному эксперименту!

В начале «космической» эры в Советском Союзе были уверены – за первыми успехами в освоении космоса скоро придут и межпланетные полёты! В июле 1962 года по поручению Сергея Павловича Королёва был подготовлен проспект четырёхэтапного плана освоения Марса. Первая экспедиция на Красную планету планировалась Главным конструктором уже в начале 1974 года!

Полёт к Марсу должен был занять год или больше. Главный вопрос – что делать с жизнеобеспечением космонавтов? По расчётам специалистов, экипажу из трёх человек потребовалось бы взять с собой в дорогу на Марс «багаж» из 11 тонн – и это только самое необходимое: еда, вода и воздух! Значит, чтобы вес будущей экспедиции уменьшить, её участникам предстояло перейти на частично замкнутую систему жизнеобеспечения, где воздух и вода восстанавливались бы из отходов, а пища была сублимирована и обезвожена. Выяснить, возможно ли подобное, предстояло в уникальном эксперименте, который так и назвали – «Год в земном звездолёте». Ровно год — с 5 ноября 1967, трое добровольцев должны были провести в замкнутом пространстве «космического корабля», расположенного на территории Института медико-биологических проблем Академии наук.

Это был первый в мире эксперимент по имитации полёта человека на другую планету. Сверхсекретный, а потому отбирали его участников очень пристрастно – здоровье будущих «марсиан» проверяли тщательнее, чем у космонавтов. Одним из кандидатов был Виктор Потапов, инженер, построивший наземный лабораторный комплекс для этого эксперимента. Его забраковали по состоянию здоровья за неделю до начала миссии и медикам пришлось выводить его из депрессии.

После полугодового осмотра комиссия выбрала троих добровольцев. Самый молодой – механик Борис Улыбышев, 24 года, полностью соответствовал фамилии – «простой, общительный, весёлый». Он отвечал за работу аппаратуры и техники. 29-летний биолог Андрей Божко был приставлен к оранжерее, «сдержан, спокоен, интеллигентен». И 31-летний врач Герман Мановцев, «серьёзный, даже строгий», с опытом участия в непродолжительных изоляционных экспериментах. Его назначили командиром «корабля».

Герман Мановцев, Борис Улыбышев и Андрей Божко (слева направо).

Никто за пределами Института не знает об эксперименте. Родным и близким рассказана легенда о командировке на Полюс. Мановцев недавно женился – его супруга беременна. У Улыбышева «на большой земле» остались жена и пятимесячная дочка. Божко пока ещё холост. У ребят есть право выйти из эксперимента в любой момент, не объясняя причин.

Эксперимент жёсткий и даже где-то жестокий. Размеры жилого отсека в точности такие же, как и будущий космический модуль, спроектированный Королёвым – 4 на 3 метра. Половину этого пространства занимает всевозможное оборудование – плита, холодильник, велотренажёр, пульт связи. Никакого уюта – стены для профилактики грибка оставлены стальными, без обшивки. Всё время шумит вентилятор, гоняющий воздух. Крошечный санузел. Три полки для сна – одна над другой. Каждые 10 дней меняются спальными местами – углекислый газ распределяется неравномерно и воздух наверху хуже. Жизнь в этой бочке – постоянный круговорот. Воду «марсиане» получают из мочи и конденсата. Каждые пять дней повторяется меню.

Но самое главное – постоянное наблюдение. Кроме трёх телекамер, установленных непосредственно в экспериментальной камере, за действиями испытателей круглосуточно следили десятки врачей, инженеров и лаборантов. Экспериментаторы и сами двигаются «на ощупь», подбрасывая испытателям задачи уже по ходу действия.

Поначалу всё шло по строго установленному распорядку – зарядка, умывание, завтрак, уборка, пробы, записи параметров в журнал каждые два часа, медицинские обследования, обработка данных, журнал, пробы, журнал, обследования, журнал, самомассаж, сон… Час отдыха есть только днём и ещё 45 свободных минут вечером. Отбой — в полночь. Для сообщений с внешним миром кроме радио использовали два шлюза, через которые передавали пробы и анализы, а назад получали книги.

Поначалу трое «марсиан» много общались друг с другом, но очень скоро у них появились запретные темы для разговоров – о себе и близких. Чем больше проходило времени, тем тяжелее было оставаться «на борту» эксперимента – им снились обычные вещи, которых они в своём добровольном заточении были лишены – шум дождя, чириканье птиц, запах асфальта и солнечный свет. Однажды Герману с командного пункта сообщили о рождении дочери – он еле сдержался, чтобы не выйти в тот момент из камеры.

В монотонном течении эксперимента ярким событием способна была стать любая мелочь. Одним из главных событий всей «экспедиции» стала встреча Нового, 1968-го года. Испытатели нелегально вымыли головы сэкономленной водой, постригли друг друга и даже сумели организовать праздничный ужин – суп-харчо, креветки, чёрная икра и настоящий хлеб. Через шлюз им также передали тщательно стерилизованные игрушки и крохотную еловую веточку!

Пока всё идет как будто нормально, позади самый тяжёлый период перестройки и становления отношений. Теперь мне совершенно ясно, что самое трудное — пребывание втроём в закрытом помещении, откуда нельзя уйти, если что-нибудь не по душе.
Эта постоянная психическая нагрузка изматывает, пожалуй, больше, чем всё остальное. Думаю, что Герман и Борис испытывают подобное же чувство…
Я долго лежу с закрытыми глазами, пытаясь заснуть. Перед глазами мелькает калейдоскоп событий: дом, клиника, герметичная камера. Слышу глухие звуки — словно о стальные стены бьются наши мысли, чувства. Они не проникают наружу. Накатывает тоска, щемящее чувство одиночества. Но поддаваться ему нельзя. Ведь мы — научная экспедиция, три специалиста! И все равно мы… люди, и мы страдаем от заточения.
(Из дневника Андрея Божко).

И всё же, конфликты были неизбежны. При любой размолвке двое часто объединяются против третьего и решения по сохранению хрупкого равновесия приходилось находить интуитивно. Так, Андрей начал вести дневник. Курильщик Герман доставал трубку и держал её во рту. Борис искал отдушину в занятиях спортом. К концу эксперимента они почти перестали разговаривать между собой – слово в замкнутом пространстве оказалось слишком сильным раздражителем.

На 76-й день эксперимента к бытовому отсеку «пристыковали» оранжерею. Перед испытателями стояла задача: проверить биологическую совместимость высших растений и человека в замкнутом пространстве и возможность обеспечить будущих космонавтов витаминами. На «грядках» выращивали листовую капусту, кресс-салат, огуречную траву и укроп — скороспелые овощные растения. Дополнительные пять шагов пространства воспринимались как роскошь. Новая работа увлекла всех – Герман и Борис охотно помогали Андрею собирать урожай и вести записи.

Когда дежурный сообщил, что давление в отсеках выровнялось, а главный инженер подал команду: «Разгерметизировать дверь!» — я с силой повернул ручку. Через несколько секунд мы все уже были в оранжерее. Радость была неописуемой. Нам казалось, что мы попали в другой мир. Жадно вдыхали какие-то новые запахи и с любопытством разглядывали новое помещение. На его «грядках» заметили первые всходы. Мы прыгали в узком проходе, бегали, подтягивались на перекладине и не могли нарадоваться растениям, которые были посеяны за несколько дней до подключения оранжереи. Их тонкие росточки — вестники живой природы, оставшейся за пределами нашего «дома», — вызывали в нас приятные воспоминания.
(Из дневника Андрея Божко).

С наступлением весны у испытателей обострились чувства. Особенно — чувство слуха. Во время переговоров с группой поддержки Андрей услышал незнакомый девичий голос. По её кокетливым манерам сделал вывод, что девушка – симпатичная. Спустя некоторое время, случайно обнаружив у оранжерейного иллюминатора крошечную щель, Божко мельком увидел новенькую сотрудницу и сразу же догадался: она! Нарушив строгий режим, он передал ей письмо в контейнере с пробами грунта:

«Я пишу тебе не от скуки, а от желания поближе познакомиться с тобой, так как обычные способы знакомства для меня сейчас неприемлемы. Я очень люблю животных. У меня жили ёж, несколько кошек, чижи, канарейка и даже лисёнок. Я очень люблю природу в любом её проявлении. Наверное, это и определило мое призвание — биология, космическая биология…»

Спустя несколько дней через ту же лазейку Андрей получил ответ от Виолетты – так звали девушку. Переписка получила продолжение и хотя руководители полёта знали о несанкционированной «любовной истории», вмешиваться в отношения двух молодых людей не стали. А после завершения эксперимента Андрей и Виолетта поженились и прожили вместе всю жизнь. В соавторстве они написали книгу о «марсианском эксперименте», в которой есть и глава об их знакомстве.

Книга, написанная после эксперимента. Иллюстрации Г. Бойко и И. Шалито.

На третьем этапе эксперимента испытателям «подкинули» 10-суточную аварийную ситуацию. Температуру в камере повысили до 30 градусов, влажность воздуха — до 90%, резко снизили содержание кислорода, исключили из рациона горячую пищу, а норму питьевой воды уменьшили в два раза.
Как следствие — слабость, апатия, постоянная жажда, нарушения сна, кошмары… Андрею снится, как огромная чёрная кошка прыгает ему на грудь. Он пытается связать её, но она вырывается и вновь бросается на него. Пытается душить её — она выскальзывает…

Но на предложения уменьшить нагрузку они отвечают отказом. До конца эксперимента никто так и не воспользовался правом досрочного выхода – и даже Мановцев, когда обнаружил у себя за ухом гнойную кисту, чтобы не прерывать эксперимент, провёл операцию на себе самостоятельно…

Один из выводов, полученных экспериментальным путём, озадачил учёных — испытатели худо-бедно сумели приспособиться к тяжёлым бытовым условиям, но их интеллектуальный уровень катастрофически упал — на 20-25%.

Известно, что после завершения эксперимента, его участники, продолжая работать в одном институте, практически не общались между собой — такой огромной оказалась психологическая нагрузка, выпавшая на них во время вынужденного заточения в пользу науки. Говорят, что всех троих представляли к званию Героя Советского Союза, но так и не наградили. Учёные получили поистинне бесценные знания — благодаря этому эксперименту появились наука «космическая психология», а экипажи для долговременных полётов на орбиту стали подбирать в том числе и по результатам тестов на психологическую совместимость.

Этот эксперимент открыл целое направление в космической науке. Уже в 1972 году подобный опыт провели в красноярском Институте биофизики. Созданная там замкнутая экосистема «Биос» была полностью автономна по воде и воздуху, а в двух теплицах испытатели выращивали карликовую пшеницу (сорт был специально выведен для эксперимента и обеспечивал высокую урожайность), а также сою, морковь, свеклу, картофель, огурцы, капусту, щавель, укроп, лук и даже среднеазиатское растение чуфу, из которой делали растительное масло. Дольше всех в экосистеме прожил инженер Николай Бугреев — в общей сложности 13 месяцев.

Осенью 1990 года изоляционный эксперимент ISEMSI (Isolation Study for European Manned Space Infrastructures) провели в Европейском космическом агентстве. На базе норвежского центра подводной техники NUTEC в городе Берген в 28-суточной изоляции среди шести человек был и будущий астронавт, итальянец Паоло Несполи, совершивший затем 3 полёта на МКС.

В 1991 году в аризонской пустыне на деньги миллиардера Эдварда Басса был построен исследовательский комплекс «Биосфера 2», восемь воздухонепроницаемых стеклянных корпусов с разнообразными ландшафтами (в том числе, океаническим пляжем с волнами), сельскохозяйственный блок и жилой дом для восьми бионавтов — четырёх мужчин и четырёх женщин. К сожалению, из-за многочисленных инженерных просчётов, миссию по выживанию пришлось свернуть досрочно — неконтролируемое размножение некоторых микроорганизмов и насекомых привело к снижению уровня кислорода, не хватало еды, также погибли и некоторые животные.

Несколько экспериментов с 1971 по 2000 год прошли на базе Института медико-биологических проблем. Среди них наиболее известны HUBES-94, ЭКОПСИ-95 и SFINCSS-99. Так, в последнем моделировались условия совместных полётов на создаваемую тогда Международную космическую станцию. Один из самых масштабных экспериментов по имитации межпланетного перелета — миссия «Марс-500», организованная специалистами из Роскосмоса и Европейского космического агентства. Глобальные исследования прошли в три этапа: 14 дней в 2007 году и 105 дней в 2009, а главная стадия стартовала в июне 2010 года и продлилась 519 дней. В распоряжении добровольцев (трое россиян, два европейца и китаец) было четыре модуля — жилой, медицинский, складской и посадочный, а также модуль-имитатор марсианской поверхности. Связь с внешним миром осуществлялась исключительно при помощи радиосвязи с временной задержкой — для имитации реально передаваемых сигналов с Марса. Среди участников эксперимента «Марс-500» были будущие космонавты Сергей Рязанский и Олег Артемьев.

В 2015 году в эксперименте «Луна 2015» впервые принял участие чисто женский экипаж — 6 девушек провели в добровольной изоляции 8 суток. Исследователи хотели выяснить, как поведет себя в космосе женский коллектив и как женский организм будет адаптироваться к изоляции в гермообъекте. Опыт был признан успешным, а сами участницы рассказали, что и не думали конфликтовать.

Наконец, в прошлом году ИМБП организовал и провёл ещё один изоляционный эксперимент «Сириус-17». Командиром экипажа стал космонавт Марк Серов, один из разработчиков корабля «Федерация». Среди участников – Анна Кикина, единственная женщина-космонавт из российского отряда, кандидаты биологических наук Наталия Лысова и Елена Лучицкая и доброволец из Германии Виктор Феттер. 17-суточная имитация полёта к Луне прошла успешно. Сегодня в Институте готовятся к продолжению подобных экспериментов.

По словам руководителя отдела Государственного научного центра Института медико-биологических проблем (ИМБП) РАН Марка Белаковского, «15 января 2019 года стартуют предварительные исследования, начнется десятисуточная изоляция. А 1 марта 2019 года экипаж экспедиции войдет в Наземный экспериментальный комплекс для четырехмесячной изоляции. Переносы возможны, но в пределах одного-двух дней, всё идёт пока по плану».

Заявки на участие в продолжении эксперимента «Сириус» подали около 70 кандидатов — 50 россиян и 20 иностранцев из США, Франции, Белоруссии, Индии. Три кандидата уже выразили желание принять участие в восьмимесячном эксперименте по изоляции, который запланирован на начало 2020 года.

По материалам «Новой газеты», телестудии Роскосмоса, Института медико-биологических проблем РАН.


Источник: m.vk.com