Мы привыкли думать, что ледники тают сверху — от солнечных лучей и тёплого воздуха. Но учёные бьют тревогу: главная угроза для Антарктиды нарастает снизу. Там, где километровая толща льда соприкасается с землёй и океаном, скрыто работают «печи» планетарного масштаба, которые могут перевернуть жизнь на всей Земле.
Одна из причин — геотермальный поток от недр Земли. Под Западно-Антарктическим ледниковым щитом скрывается мощная рифтовая система. Международная группа учёных создала первый комплексный каталог подлёдных вулканов ANT?SGV?25, включивший в себя 207 вулканов. Их активность играет ключевую роль: тепло способствует таянию льда у основания, вода выступает в роли смазки — и ледники быстрее сползают в океан.
Причём проблема здесь двойная: глобальное потепление, тая ледники сверху, может спровоцировать ещё более мощные извержения снизу. Когда уходит многокилометровая толща льда, снижается давление на земную кору, магматические очаги расширяются, и риск извержений возрастает. Так замыкается очередная петля обратной связи.
Ещё один скрытый механизм — тёплые океанские течения. Учёные десятилетиями измеряли движение так называемой «циркумполярной глубинной воды» (Aq2) — массива относительно тёплой воды, который обычно находится на глубине около 500 метров. Эти воды всего около +2°C, но достаточно, чтобы подтачивать шельфовые ледники.
С 1973 года команда профессора Сары Пурки выявила чёткую тенденцию: циркумполярная глубинная вода постепенно расширяется и смещается к антарктическому континентальному шельфу. Ледники теряют «ледяную ванну» холодной воды, которая их защищала, и всё больше нагреваются снизу. Попадая под лёд, тёплая вода проникает в каналы, вытаивая их со скоростью до 8 метров в год — что почти вдвое выше предыдущих оценок.
Самое страшное — это замкнутый круг: чем больше тает шельфовый лёд, тем сильнее становится турбулентность в океане, а это создаёт ещё больше условий для дальнейшего таяния. Такие скрытые штормы — мощные подводные вихри диаметром до 10 км — сейчас обеспечивают около 20% подледникового таяния в регионе. Они пробиваются к полостям под ледником, затягивая тёплую воду из глубин и выталкивая холодную пресную. Результат — агрессивное таяние круглый год.
Антарктида — это два ледниковых щита: Восточный (устойчивый, но огромный) и Западный (нестабильный, лежащий ниже уровня моря). Именно Западная Антарктида сейчас «гуляет».
Самый яркий маркер — ледник Туэйтса (Doomsday Glacier, «ледник Судного дня»). По площади сравнимый с Великобританией, он теряет около 50 миллиардов тонн льда в год, а процессы таяния там идут в пять раз быстрее, чем три десятилетия назад. Он служит «подпоркой» для всего Западно-Антарктического щита, сдерживая его разрушение. Если ледник сползёт в океан — вода поднимется минимум на 60 см, а если за ним рухнет весь щит — от 2 до 5 метров (по другим оценкам, до 10-58 м в гипотетическом сценарии).
Масштаб угрозы часто недооценивают, но города по всему миру могут оказаться в зоне прямого затопления:
США: Нью-Йорк, Новый Орлеан, Майами.
Европа: Лондон, Амстердам, Венеция.
Россия: Санкт-Петербург (исторический центр, Василеостровский район, Петроградская сторона и другие намывные территории) и прибрежные зоны Одессы.
Целые государства, такие как Мальдивы, могут уйти под воду в ближайшие десятилетия.
«Катастрофа может быть тихой. Она не обязательно сопровождается гигантской волной — просто уровень воды постепенно поднимается, пока целые районы не окажутся непригодными для жизни».
Антарктида перестала быть просто «холодильником планеты». Сейчас это сложная, нестабильная система, где ускоряющиеся климатические процессы снизу сталкиваются с геологическими аномалиями: вулканами, трещинами в коре и заползающими под лёд океанскими течениями. Щит ещё стоит, но его опоры с каждой стороны ослабевают. Если он качнётся, мир получит не просто подтопление побережий — начнётся цепная реакция климатических и экономических потрясений.