Чилийское побережье — место, где тектонические плиты сталкиваются, поднимая горы и вызывая землетрясения

Чилийское побережье — место, где тектонические плиты сталкиваются, поднимая горы и вызывая землетрясения. Там же, в океанских глубинах, сходятся потоки метана, питательных веществ и неизведанных жизненных форм.

Континентальный склон Чили — это настоящая подводная граница, где материковая плита резко обрывается прямо в океан. На стыке трёх тектонических плит (Чилийский тройной стык) из разломов поднимается метан и сероводород. Так рождаются метановые сипы — хемосинтетические оазисы, где жизнь процветает без единого луча солнца.

Здесь, на глубинах от нескольких сотен до тысяч метров, в 2024 году побывала международная экспедиция на судне R/V Falkor (too). Впервые в истории команда использовала телеуправляемый аппарат ROV SuBastian для реального времени трансляции погружений, нанесла на карту четыре подводных каньона, ранее невиданных человеком, и исследовала около 20 метановых сипов, включая несколько совершенно новых для науки.

В основе этих экосистем — бактерии и археи, которые окисляют метан и сероводород, получая энергию для синтеза органики. Процесс называется хемосинтез.

«То, как сильно отличаются эти сипы от тех, что мы видели в Северной Америке, поражает, — говорит микробный эколог Джеффри Марлоу, руководитель экспедиции. — Они везде разные: одни на скалах, другие в осадке, одни на мелководье, другие в глубокой тьме. И все они — узловые станции для биоразнообразия и круговорота элементов».

Микробы выделяют углекислый газ, который вступает в реакцию с ионами кальция в морской воде, формируя карбонатные корки — те самые «отпечатки» древних сипов, по которым учёные находят новые выходы газа.

Группы существ, которые встречаются на сипах и в каньонах Чили, поражают воображение.

На одном из участков ROV заснял скопления крабов-пауков, которые буквально усеивали дно. Они ползали друг по другу, по трубчатым червям и камням, создавая живой ковёр.

В каньонах, где течение приносит много органики, исследователи обнаружили заросли стеклянных губок и глубоководных кораллов. Эти животные — «архитекторы» подводных экосистем: они создают трёхмерные структуры, где прячутся офиуры, креветки и молодь рыб.

Одно из самых ярких открытий — красный конгрио (Genypterus chilensis), рыба, воспетая лауреатом Нобелевской премии Пабло Нерудой. В своей «Оде похлёбке из конгрио» поэт воспел её как символ возвращения на родину. Учёные обнаружили десятки этих рыб зарывшимися в заросли трубчатых червей рядом с метановым сипом. Возможно, они чистятся там от паразитов, используя крабов-пауков как «живую санстанцию», или находят безопасное убежище.

Предварительные оценки показывают: не менее 60, а возможно, и более 100 новых видов. Среди кандидатов — актинии, морские звёзды, полихеты, ракообразные и новые виды трубчатых червей. Часть образцов ещё ждёт описания в лабораториях.

Эти оазисы — не просто диковинка. Они играют ключевую роль в закачке углерода: метан, который потребляют бактерии, не попадает в атмосферу. Но глубоководные экосистемы уязвимы: донное траление, добыча полезных ископаемых и изменение климата угрожают им раньше, чем мы успеем их изучить. Каждый новый вид, каждый сип — напоминание: бездна скрывает ещё тысячи тайн, и мы только начали заглядывать в них.