Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846—1888) — русский этнограф, антрополог, биолог и путешественник, изучавший коренное население Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании, в том числе папуасов

Родился герой сегодняшнего рассказа 17 июля 1846 года в селе Языково-Рождественсое, что в Новгородской губернии. Происходил из польского рода Миклух, один из представителей которых отличился при взятии Очакова и был возведён в потомственное дворянство. Отец его был видным чиновником, но ушёл из жизни рано, оставив сына на воспитание жене, Екатерине Семёновне. Во многом она сформировала мировоззрение юного Миклухи, сочетавшее толерантность и взаимоуважение ко всем культурам, а также гордость от древних польских корней. И да, важно отметить: загадочная шотландская прибавка „Маклай“ к фамилии — личное изобретение Николая Николаевича, так он начал подписываться, живя в Европе.

В 1858 году семья переезжает в Санкт-Петербург, сам юноша, окончив через несколько лет гимназию, поступает вольнослушателем в Петербургский университет на физико-математический факультет. В 1864 году из за участия в студенческих волнениях он был отчислен, лишившись права обучения в российских высших учебных заведениях. Несмотря на бедность семьи, студент решает продолжить обучение в Европе.

Он переехал в Германию, где обучался Гейдельбергском, Лейпцигскогом и в Йенском университетах, успев в промежутках побывать на Канарских островах, Марокко, в Сицилии и на Красном море для изучения местной фауны. В это время он сближается с социалистами и герценистами, стоявшими в оппозиции российским властям, и одновременно получает всестороннее образование. В 1869 году он заканчивает обучение, сконцентрировавшись на этнографии, антропологии и биологии, и возвращается в Россию, где занимается изучением сравнительной анатомии морских губок, мозга акул и другим вопросам зоологии. Но самого его тянуло изучать дальние края (даже была попытка присоединиться к полярной экспедиции), и вскоре такой шанс предоставился.

При содействии Русского географического общества в 1870 года Миклухо-Маклай смог выехать на Новую Гвинею, малоизученную и далёкую землю. В разное время он объездил весь обширный новогвинейский остров и ближайшие острова и архипелаги, включая Индонезию и Филиппины, изучая папуасов. Им он запомнился, как «Человек с Луны» — иноземец с кожей лунного оттенка. Всего он совершил 3 плавания на Новую Гвинею, проведя на ней много лет, изучив местные обычаи и языки.

Папуасам он симпатизировал, считая их полноценными людьми, а Новую Гвинею — заповедником, который необходимо отгородить от колониальных устремлений и тщательно изучать, ни в коем случае не грабя и не уводя в рабство/плен папуасов. Это нашло отражение в его публичном призыве создать международный протекторат в Новой Гвинее, либо же и вовсе о создании русской колонии, но нужного отклика идея не нашла. В итоге, несмотря на активнейшее вмешательство исследователя, все обсуждения завершились германо-британской аннексией Новой Гвинеи. А сам он, разочарованный и разбитый, в 1886 году вернулся в Россию.

Сначала казалось, что путешественника ждёт ещё множество свершений: сам император удостоил его аудиенции, столичная выставка диковинных экспонатов оживила в обществе интерес к аборигенам, а сам Миклухо-Маклай планировал выпустить мемуары о плавании и переписывался с Львом Толстым. Тем не менее, и без того много болевший в детстве Миклухо-Маклай в 40 лет имел огромные проблемы со здоровьем (в плаваниях он перенёс такие болезни, как малярия, лихорадка денге, цинга, хронический колит, мышечный ревматизм). Попытки вылечиться и просто освежиться во время поездки в Европу исследователю не помогли, и весной 1888 года он умер от пневмонии, сильно простудившись в Петербурге.

В памяти поколений он остался достойным человеком и исследователем с большим сердцем, готовым идти на существенные риски ради справедливости. Местные жители, к которым в условиях колониальной гонки по-скотски не отнёсся только Миклухо-Маклай, в благодарность до сих пор считают таинственного иноземца героем своей мифологии полубожественного происхождения, олицетворяющим благородство европейца-колонизатора. А заодно и его именем названо северо-восточное побережье Новой Гвинеи (Берег Маклая).