Все последние события из жизни вулканологов, сейсмологов
Японцев, Американцев и прочих несчастных, которым повезло родиться, жить
и умереть в зоне сейсмической активности

Стихия

Землетрясение, Извержения вулканов, Ледяной дождь, Лесные пожары, Ливни, Наводнения, Огненный смерч, Паводок, Смерчи (Торнадо), Тайфуны, Тектонический разлом, Ураганы, Цунами, град, ледоход

Вулканы

Безымянный, Богослов, Везувий, Вениаминова, Иджен, Йеллоустоун, Кальбуко, Кампи Флегрей, Карымский, Катла, Килауэа, Мутновский, Невадо-дель-Руис, Ньирагонго, Питон-де-ла-Фурнез, Турриальба, Фуэго, Хурикес, Эйяфьятлайокудль, Этна

Тайфуны

Тайфун Нору

Наводнения

Наводнение в Приморье

Районы вулканической активности

Вулканы Камчатки, Вулканы Мексики, Курилы

Грязевые вулканы и гейзеры

Локбатан

Природа

Вулканы, Изменение климата, Красота природы

Наука

Археология, Вулканология

Наша планета

Живая природа, Спасение животных

Ураганы

Тайфун Мэттью, Ураган Ирма, Ураган Харви, ураган Мария

Районы сейсмической активности

Землетрясение в Италии, Землетрясение в Китае, Землетрясение в Турции

Солнечная система

Венера, Марс, Меркурий, Планета Земля, Плутон, Сатурн, Юпитер

Космос

экзопланеты

Астрономические события

Лунное затмение, Метеориты, Противостояние Марса, Суперлуние

Антропогенные факторы

Климатическое оружие

Землетрясения

Прогноз землетрясений

2018-11-07 10:38

Бронзовый коллапс, или Куда делись все эти люди

археологические раскопки 2018

Иоанн Георг Траутманн. «Падение Трои»

Чем был вызван кризис средиземноморских цивилизаций три тысячи лет назад

В конце второго тысячелетия до нашей эры в Греции и на Ближнем Востоке — в Месопотамии, в Древнем Египте, в Сирии, в Малой Азии — творились очень странные дела. Великие царства бронзового века одно за другим уходили в небытие, из ниоткуда появлялись новые народы, хроники повествовали о нашествиях, голоде и прочих бедствиях. Историки долго предпочитали винить во всем «народы моря», но теперь, благодаря археологическим данным, полученным в последние годы, у нас, кажется, есть основания иначе отвечать на вопрос, кто виноват в коллапсе «бронзовых» цивилизаций.

Как рассказывает профессор Эрик Клайн из Университета Джорджа Вашингтона, директор Капитолийского археологического института, автор книги «1177 BC: The Year Civilization Collapsed», Средиземноморье позднего бронзового века представляло собой мир, очень похожий на современный, — глобализованное пространство с торговыми нитями, опутавшими всю ойкумену, то есть все страны, составлявшие на тот момент европейскую цивилизацию.

Торговые и культурные связи второго тысячелетия до нашей эры обеспечивали единый высокий технологический уровень городов Греции и Ближнего Востока во всем: в кораблестроении, в архитектуре, в обработке металлов. Чтобы показать протяженность и устойчивость торговых путей бронзового века, достаточно сказать, что олово для выплавки бронзовых изделий поступало, скорее всего, из Афганистана, а медь брали на Кипре.  Города были оснащены системами водоснабжения, инженерный уровень которых античным грекам тысячу лет спустя и не снился.

Все это откатилось назад со страшной скоростью в кратчайшие по меркам истории сроки, чтобы сбросить с древнего мира бронзовый век и позволить ему войти в новый век — железный, в ту историю, которую мы изучаем в школе.

За относительно короткое время — в древнеегипетских надписях зафиксирован промежуток от 1207 до 1177 года до нашей эры — весь прекрасный бронзовый мир растворяется. Торговые связи рушатся. Из известных нам царств бронзового века в более-менее нетронутом виде остается Египет, который теряет контроль над Сирией и Палестиной. Вавилон и Ассирия сохраняют разве что локальное значение. Исчезает микенская цивилизация. Разрушена Троя.

Вместо огромной и влиятельной Хеттской империи мы видим в первом тысячелетии только разрозненные города, такие как Миддува (Малатья) в Центральной Анатолии, Каркемиш в Сирии, Табал на юге Анатолии (упоминавшийся в надписи времен Тиглатпаласара III, VIII в. до н.э.). В постхеттских городах в качестве наследия Хеттского царства еще сохранялось иероглифическое письмо на лувийском языке, пока его окончательно не вытеснил арамейский. Но уже после X века до нашей эры на Ближнем Востоке поднимаются царство Израиль и Новоассирийская империя и начинаются события, знакомые нам по Торе и Библии.

Период с 1200-го и примерно до 900 года до нашей эры, до которого цивилизованный мир древности процветает, а после которого просыпается совсем другим, историки называют Темными веками. Собственно, до сих пор ученым не до конца понятно, что же в эти 300 лет происходило в колыбели европейской цивилизации. «Бронзовый коллапс», как называют этот критический момент, приходится на период от 1206 до 1150 г. до н.э. Именно тогда наблюдается резкий обрыв культурных традиций и торговых отношений, объединявших регион на протяжении почти двух тысячелетий.

Вернее, так: до недавних пор считалось общим местом, что войну и разрушение принесли на Ближний Восток «народы моря», о нашествии которых и сообщают нам египетские хроники.

«Народы, которые прибыли со своих островов среди моря, они вошли в Египет, полагаясь на свое оружие», — гласит надпись на рельефе в Мединет Абу, погребальном храме Рамзеса III.

И только в последние годы археологи и историки стали признавать, что коллапс бронзового века должен был иметь целый комплекс причин, среди которых военные действия занимают едва ли не последнее место.

Изображение битвы между Рамзесом III и «народами моря» на одной из стен Мединет АбуSeeber / wikimedia commons / CC0

Невидимая рука

Из надписей, сделанных в Древнем Египте, где зафиксированы названия племен, вошедших в список «народов моря», мы знаем, что этнически это была довольно разнородная волна. Часть ее представителей египтянам была хорошо знакома по торговым контактам второго тысячелетия. В списке «понаехавших» обнаруживаются JKW? («экуэш») и TNJW («денйен») — именно так, поскольку в текстах фиксировались только согласные, входящие в название (в древних семитских языках гласные внутри корня могли меняться, корни записывались как набор согласных звуков). Эти два этнонима отождествляют с народами, известными нам по хеттским записям как Аххиява и Дануна, а «по Гомеру» — как ахейцы и данайцы.

Археологические раскопки такому толкованию не противоречат.

Известно, что в ряде мест Анатолии и Леванта после слоя разрушений, ассоциируемых с «народами моря», появляется элладская керамика. Так что греки, очевидно, были в значительном количестве среди тех, о ком египтяне писали: «Пришли народы моря».

Также среди этих этнонимов выделяют филистимлян, известных нам по библейским текстам, — они же пеласги, в древнеегипетских надписях носящие имя PLST («пелесет»).

Однако, судя по дошедшим до нас зарисовкам и описаниям, захватчики совсем не выглядели «викингами бронзового века», воинскими отрядами, заявившимися для того, чтобы пограбить местных и вернуться потом на родину. Они были больше похожи на переселенцев — ехали с семьями и вещами. Такое толкование значительно лучше объясняет археологические данные и информацию, которую мы получаем, анализируя документы. И описанное нашествие «народов моря» в таком случае не стоит рассматривать как военную авантюру. Скорее, это было переселение народов, столкнувшихся на родине с природными и социальными бедствиями. Что, разумеется, не мешало им обнажать мечи, добравшись до ближайшего города по соседству, если в нем оставалось зерно на хлеб.

Археологические данные, а также результаты анализа хеттских, угаритских, египетских и греческих источников рисуют нам для этого времени картину засухи, голода, землетрясений, нашествий и революций.

Картина очень похожа на глобальное потепление наших дней  и заставляет задуматься, к чему может привести глобализованную цивилизацию сильное изменение климата.

Достаточно ли было засухи и голода, чтобы люди грузили пожитки на телеги и корабли и отправлялись на новые земли? «Это был более сложный процесс», — говорит Эрик Клайн. Воспетая Гомером история об осаде Трои, по мнению историка, тоже как-то переплетается с описываемыми событиями. Эпическая Троянская война может быть литературным отражением военного конфликта, ставшего толчком к тому, чтобы греческие племена двинулись на юго-восток. Археологический слой «Троя VI» показывает, что город разрушали как минимум дважды или трижды, прежде чем он был оставлен.

Троя была неотъемлемой частью ближневосточного культурного пространства второго тысячелетия. Ее соотносят с зафиксированными в хеттских записях названиями Tiruisa и Wilusa (соответствующие греческим «Троя» и «Илион»). В любом случае название еще одного «народа моря» из египетского списка, TR? («тереш»), соотносят с хеттским топонимом «Тируиса», или, в греческой огласовке, Троя. Такая большая война, как та, что описана в «Илиаде», действительно могла принести много разрушений и заставить греков искать новые территории. С другой стороны, возможно, что это засуха вызвала войну за территории.

Гипотезу о том, что засуха, вызванная изменением климата, разрушила микенскую культуру, выдвинул еще Рис Карпентер полвека назад в книге Discontinuity in Greek Civilization. К сожалению, строгих научных доказательств он тогда не мог привести.

Но последние археологические исследования его гипотезу наконец подтвердили. В частности, в 2010 году международная группа провела раскопки в Северной Сирии, сайт Гибала, Тель-Твейни: ученые проанализировали пыльцу и показали, что на протяжении 300 лет в Средиземноморье наблюдался более сухой климат. Ровно весь период Темных веков!

Эта же группа проводила раскопки на Кипре: исследования пыльцы и там показали период засухи лет примерно на 300, с 1200 по 850 год до нашей эры.

Реконструкция изменения состава почв на Кипре на стыке железного и бронзового века. Источник: Kaniewski D, Van Campo E, Guiot J, Le Burel S, Otto T, Baeteman C (2013) Environmental Roots of the Late Bronze Age Crisis. PLoS ONE 8(8): e71004. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0071004

Засуха не могла не вызвать голод. И действительно, в архивах Угарита — города, существовавшего на восточном побережье Средиземного моря как минимум с XIX века до нашей эры, —  находятся письма, напрямую свидетельствующие о голоде. Письмо, найденное в доме угаритского чиновника Уртену, говорит о голоде в городе Эмар во внутренней Сирии в 1185 году: «Голод в нашем доме; мы все умрем от голода. Если ты быстро не приедешь сюда, мы все умрем от голода. Ты не найдешь ни одной живой души в своей земле». То же самое находим в одном из писем от хеттского царя: «Разве ты не знаешь, что был голод среди моих земель?»

Но бедствия на Ближнем Востоке конца второго тысячелетия не закончились на изменении климата и сопровождавших его голода, волны миграций и вооруженных столкновений между «пришлыми» и «местными». На всей территории от Трои до ассирийских городов археологи обнаруживают следы землетрясений, которые также должны были вызывать разрушения и приносить человеческие жертвы, а также подталкивать к захвату новых земель. Захватчики, о которых мы говорили выше, отмечены не только египтянами. В угаритских архивах мы находим упоминания о приходящих чужих кораблях, которым нет сил противостоять (см. RS 20.238 = Ugaritica 5.24, письмо от царя Угарита к царю Кипра). Археологи, в свою очередь, находят в городах соответствующие слои разрушений. Нельзя также исключать и внутренние волнения. Так, дворец в хананитском городе Хацор, по мнению ряда ученых, мог быть разрушен в результате восстания, а не внешнего нашествия. Так что коллапс бронзового века — итог целого ряда несчастливых обстоятельств.

В Темные века катастрофически падает культурный уровень единой европейской цивилизации на всем пространстве Средиземноморья, от Греции до Египта и от Крита до Угарита. Каневски пишет в статье 2013 года: «Статистический анализ деталей последовательного обрушения культуры отражает связь голода, вызванного изменением климата, нашествия с моря, военных действий по всему региону и политико-экономического коллапса, в котором зарождались новые цивилизации и новые идеологии».

Быть в курсе событий мировой и отечественной науки

Как и зачем лингвисты восстанавливают звучание клинописных стихов

Из шумер в греки: кто научил Гомера сочинять стихи? Ученые из Института языкознания вместе с коллегами из Института русского языка, МГУ и Вышки пробуют восстановить звучание стихотворной речи на шумерском, аккадском и хеттском, читая клинописные тексты второго тысячелетия до нашей эры.

«Встала из мрака младая с перстами пурпурными Эос…» — так или как-то похоже начинал в гомеровские времена какой-нибудь сказитель свое повествование о войнах и странствованиях. Что заставляло его переходить на поэтический язык? Почему нельзя было проще — что-то вроде «Рано утром молодая Эос с пурпурными перстами встала из мрака»? Почти любой древний эпос в основном представляет собой стихи, и не случайно. Стихотворная форма: ритм, рифма, поэтические формулы — была необходима при устной передаче длинных текстов. Зачем? Да просто потому, что иначе человеку — сказителю — трудно запомнить большие объемы текста. Попробуйте выучить наизусть «Войну и мир» и согласитесь, что «Евгения Онегина» учить значительно проще.

Кроме этого, древний эпос еще и часто складывался из отдельных частей-сюжетов, которые в более раннюю эпоху могли существовать как отдельные истории с теми же или иными героями. Такие истории как будто склеивали в единый длинный рассказ. Это тоже вызвано условиями, продиктованными необходимостью устной передачи: из относительно независимых сюжетов складываются строительные блоки длинного повествования, которые передаются из поколения в поколение и запоминаются благодаря ритмизованным структурам и формулам. Склеить разнородные блоки можно с помощью одинаковых зачинов, одинаковых героев, одинакового ритма речи, строения сюжета. Так и устроены древние сказания, которые читали нараспев или, может быть, даже пели «древние старцы», один из которых нам известен под именем Гомера.

При этом гомеровский эпос, да и в целом древнегреческая поэзия, устроены довольно сложно. Очевидно, что этой традиции предшествовала большая предыдущая культурная традиция, идущая из обширного, единого в культурном отношении региона — древнего Ближнего Востока и Малой Азии II тыс. до нашей эры, времени позднего бронзового века, времени великих царств древности, времени, предшествовавшего «темным векам» начала I тыс. до н.э., когда рушились эти самые великие царства и начиналась куда более знакомая нам цивилизация, описанная в Библии и древнегреческой литературе.

Итак, чтобы быть услышанным и усвоенным последующими поколениями, эпос дописьменной эпохи должен быть поэтическим — изложенным так, чтобы при произнесении вслух возникал некий ритм, и построенным из «строительных блоков» отдельных сюжетов. Именно такими, вероятно, были сказания, сложенные в Месопотамии и зафиксированные в первых письменностях мира, на шумерском и аккадском языках, в третьем и втором тысячелетиях до нашей эры. Например, эпос о Гильгамеше собрали из шумерских сказаний аккадцы где-то в XVIII веке до нашей эры. Достоверно известно, что в те времена уже была музыка, под которую пели песни; в шумерском языке есть слова, обозначавшие песни; найдены клинописные таблички, записи которых, вероятно, позволяют реконструировать звучание шумерской и аккадской музыки; в археологических раскопках, в частности в раскопках города Ур, обнаружены лиры, а энтузиасты даже пытаются делать их копии и играть музыку, которая звучала четыре с половиной тысячи лет назад — до строительства египетских пирамид и Стоунхеджа. Безусловно, традиция напевного повествования под лиру была известна по всему Ближнему Востоку еще 5 тысяч лет назад. [ ... ]

Почему в Древнем Риме раскармливали дроздов и сонь

Каков смысл и цель показной роскоши, почему раскормленные животные в Древнем Риме оказались самым правильным лакомством и при чем тут победа над природой — об этом рассказывает историк Ким Бирден из Лейденского университета на страницах междисциплинарного научного журнала Food, Culture and Society.

Практику потребления напоказ, пускания пыли в глаза, нельзя назвать недавним изобретением. Но в качестве научного понятия она оформилась только в конце XIX века, в знаменитом труде американского экономиста Торстейна Веблена «Теория праздного класса». Элита, согласно его теории,  подкрепляет свой статус, демонстрируя остальному обществу свое богатство, что достигается, во-первых, показным бездельем (отсюда и «праздный класс»), а во-вторых, не менее показной роскошью — демонстративным потреблением. Практики такого потребления, конечно, различаются в зависимости от культуры и эпохи.

Однако как отличить «правильное» элитное потребление, подчеркивающее статус потребителя, от «неправильного» сорения деньгами «всего лишь» богачей?

Возможна ли система, которая выражала бы ценности и идеалы «благородного класса» и позволила бы отделить обыкновенных «выскочек»-богачей от «настоящих», традиционных элит? Если приглядеться к опыту Древнего Рима, полагает Ким Бирден, то подобную систему можно обнаружить: она позволяла «истинным патрициям», с одной стороны, продемонстрировать богатство, а одновременно с этим проявить скромность и патриотизм.

К последним годам республики римская элита скопила огромные богатства (прежде всего, за счет ограбления восточных провинций). Одновременно ее жизнь была полна конкуренции: старые аристократические семьи и богатые плебеи постоянно соревновались за власть, выгодные должности, хорошую партию для своих дочерей и так далее. Чтобы «держать фасон» в такой конкурентной среде, римской элите приходилось постоянно демонстрировать свое богатство и равным, и клиентам (в Риме так называли свободных граждан, отдавшихся под покровительство патрона и находящихся от него в зависимости), дабы последние сохраняли верность, а первые уважали и признавали достойным принадлежать к их кругу. [ ... ]

Вчера вышла научная статья с новыми данными о Стоунхендже. Что вообще в последние годы мы узнали о памятнике, который изучаем не первый век?

Два кольца камней, две внутренние каменные «подковы», два земляных вала и ров — известный памятник неолита и культурный символ Великобритании выглядит незатейливо, и, казалось бы, за последние сотни лет его изучили вдоль и поперек. Но недавно ученые опять выяснили нечто новое о британском кольце дольменов — откуда пришли люди, погребенные в этом месте. «Чердак» разобрался, что еще удалось выяснить о Стоунхендже за последнее десятилетие.

Стоунхендж — комплекс камней-мегалитов, находящийся в графстве Уилтшир недалеко от города Солсбери и примерно в 130 километрах к юго-западу от Лондона. Его построили примерно за 3000 лет до нашей эры, а затем еще 1300 лет достраивали, добавляя новые камни. Количество догадок о том, кто и зачем построил Стоунхендж, огромно: его считали храмом друидов, крепостью, гигантским календарем или ритуальным погребальным комплексом, древней обсерваторией или просто бесполезной грудой камней, которую римляне заставляли собирать древних бриттов, чтобы погасить их пыл к восстаниям. Но древние мегалиты молчат, и ученым приходится каждый раз придумывать новые ухищрения, чтобы выбить из них очередную частицу информации.

Камень с горы

Например, новые данные о комплексе под Солсбери стали известные в прошлом месяце. Одна из загадок Стоунхенджа — происхождение части его камней. Внешнее кольцо памятника образуют трилитоны — композиции из трех 30-тонных песчаниковых плит, сложенных в виде буквы «П». Предположительно, их добыли в 30 километрах от Стоунхенджа. Внутренние круг и «подкова» сложены из так называемых bluestones — голубых камней. Еще в 1920-х британский геолог Герберт Генри Томас, сопоставив скальные обломки, предположил, что голубые камни добыты в горах Преселли на западе Уэльса — примерно в 260 километрах от Стоунхенджа.

Долгое время его гипотеза считалась основной. В 10-х годах нашего века ученые начали исследовать памятник с помощью новейших методов оптической микроскопии и рентгеновской флуоресцентной спектрометрии, и вот оно, заветное открытие: на самом деле происхождение камней чуть севернее, чем думал Томас. Их родина — скальные образованиях Крейг-Рос-и-Фелин и Карн Годог в тех же горах Преселли. Не сенсация, конечно, но в археологии любое уточнение и прояснение данных — благо. [ ... ]


Источник: chrdk.ru